Сергей Гандлевский

Читал, и ловил себя на мысли, что, вопреки отсутствию в целом(!) некой изящности речи, витиеватости и изысканности форм, я абсолютно поглощен содержанием, замыслом произведений; я примерял судьбы героев, проживал их жизни и с волнением и трепетом ждал развязки. Быть может, еще и оттого, что автор живописно повествует о том советском времени, о котором отчетливы мои собственные детские воспоминания. При этом Гандлевский местами удивительно точен и поэтичен в своих образах, метафорах и дисфемизмах – последние, на мой взгляд, ему особенно удаются, всегда четко и уместно вписанные в контекст, не режущие слух (взгляд), соответствующие настроению и персонажам, в уста которых вложены. (Да, пожалуй, благодаря своей экспрессии и хлесткости, Гандлевский уже притягивает)

И все же, я никак не могу понять, почему все это увлекательное глубокомыслие происходит на фоне столь хаотичного сюжетостроения, совершенно не видимой мне логики повествования и намеренно скачущей хронологии событий. И если в "Трепанации черепа" подобный сумбур органично вплетается в замысел и название романа – герой ковыряется в воспаленном сознании, закоулках памяти, во всей своей многоопытной и многогрешной жизни, выуживая многочисленные и разнящиеся переживания, сожаления и раскаяния – то в "<Нрзб>" подобная отрывистость и скачкообразность уже упрочивает этот вопрос. А может быть, в этом есть некая неразгаданная мной магия текста?..

И, при том, что Гандлевский видится мне гораздо больше поэтом в прозе, нежели в поэзии, в завершение хочется привести одно его, из немногих полюбившихся мне, стихотворений:

Мне нравится смотреть, как я бреду,
Чужой, сутулый, в прошлом многопьющий,
Когда меня средь рощи на ходу
Бросает в вечный сон грядущий.

Или потом, когда стою один
У края поля, неприкаян,
Окрестностей прохожий господин
И сам себе хозяин.

И сам с собой минут на пять вась-вась
Я медленно разглядываю осень.
Как засран лес, как жизнь не удалась.
Как жалко леса, а её — не очень.

 

Стихи
"Трепанация черепа"
"<Нрзб>"

Почитать..

Пара книг, которые попали в поле моего внимания за последнее время..

Татьяна Толстая - Кысь
Айзек Азимов - Профессия

Кстати, вот здесь занятная рецензия А.Немзера на "Кысь" Толстой.
Набоковских ноток я не уловил, а вот Стругацкими повеяло. Ну, и надо сказать, что стиль изложения и сатирические вкрапления действительно делают чтение увлекательным..

Короче, приятного..

Михаил Фридман. Новые книги

 

Встречь Солнцу

МолчаЯние

Своё и чужое

Курт Тухольски(й)

Курт Тухольски(й) (он же Каспар Хаузер, Питер Пантер, Теобальд Тигер и Игнаций Вробель) (1890-1935) - немецкий писатель-сатирик и афорист. Подробнее здесь и здесь. Жаль, что переводов его произведений очень мало.
Вашему вниманию фельетон Тухольского "Сочинение ученика 5 класса гимназии на тему «Человек»". Надо сказать, что написан он от имени ученика - самому автору было тогда 33. Но дело не в этом. Суть в том, что это потрясающие концентрация афоризмов и глубина мысли..

Сочинение ученика 5 класса гимназии на тему «Человек»

У человека две ноги и два убеждения: одно, когда ему хорошо, и другое, когда ему плохо. Последнее называется религией. Человек является позвоночным животным и имеет бессмертную душу, а также Отечество, для того чтобы не очень-то зазнавался. Человека производят естественным путем, но он воспринимает этот путь как неестественный и не очень охотно говорит об этом. Человек — полезное существо, потому что он служит для того, чтобы своей солдатской смертью повысить цену на нефтяные акции, своей шахтерской смертью увеличить прибыль владельцев шахт, а также культуру, искусство и науку.

Наряду с инстинктом продолжения рода и стремлением есть и пить у человека есть две склонности: устраивать скандалы и не слушать. Человека можно было бы определить как существо, которое никогда не слушает. Если он мудрый человек, то поступает правильно, потому что разумное ему приходится слышать очень редко. Люди очень любят слушать обещания, лесть, признания и комплименты. Рекомендуется, чтобы лесть была на три порядка грубее, чем считается возможным.

Себе подобным человек не позволяет ничего, для этого он изобрел законы. Ему нельзя — значит, и другим должно быть нельзя. Чтобы положиться на человека, лучше всего сесть на него верхом; тогда можно быть уверенным хотя бы на это время, что он не убежит. Некоторые полагаются на характер.

Человек делится на две части: мужскую, которая не хочет думать, и женскую, которая не может думать. Обе части имеют так называемые чувства: их вызывают тем, что приводят в действия определенные нервные центры организма. В этих случаях некоторые люди выделяют из себя стихи. Человек — это траво- и мясожрущее существо; во время походов к Северному полюсу он то и дело пожирает экземпляры своей породы, но это обстоятельство уравновешивается фашизмом. Человек — политическое существо, которое особенно охотно проводит свою жизнь, сжатое в куче. Каждая куча ненавидит другие кучи, потому что они другие, и ненавидит свои, потому что они свои. Последнюю ненависть называют патриотизмом

У каждого человека есть печень, селезенка, легкое и знамя; эти четыре органа жизненно важны; людей без знамени не существует. Человек с удовольствием разжигает свою слабую способность продолжения рода, и для этого у него есть некоторые средства: бой быков, преступление, спорт и охрана закона.

Нельзя быть человеком друг с другом. Есть только люди, которые господствуют, и такие, над которыми господствуют. Но еще никто не сумел господствовать над собой, потому что противящийся раб всегда сильнее властолюбивого господина. Каждый человек не свободен в себе.

Когда человек чувствует, что выше он подняться не может, он делается набожным и мудрым; он отказывается тогда от кислого мирского винограда. Это называют погружением в себя. Различные возрастные ступени человека считают друг друга различными расами: старики обычно забывают, что они были молоды, или забывают, что они стары, а молодые никогда не понимают, что они могут состариться.

Человек не хотел бы умирать, потому что он не знает, что тогда будет. Если он полагает, что знает, то тогда все равно не хочет, потому что он хотел бы еще немного поучаствовать. «Немного» здесь значит вечно.

В остальном человек — это существо, которое заводит плохую музыку и заставляет лаять свою собаку. Иногда он успокаивается, но тогда он мертв. Наряду с человеком есть еще саксонцы и американцы, но их у нас еще не было, и мы будем их проходить только в следующем классе.


Тут еще одно произведение Тухольского - "Интервью с самим собой"

О человечности человечества...

"... Джек поднял свиную голову и наткнул мягким горлом на острый кол, и кол вытолкнулся, высунулся из пасти... Джек сказал громко:

– Голова – для зверя. Это – дар.

...

Саймон остался, где был, – темная, скрытая листвой фигурка. Он жмурился, но и тогда свиная голова все равно стояла перед ним. Прикрытые глаза были заволочены безмерным цинизмом взрослой жизни. Они убеждали Саймона, что все омерзительно.
– Я и сам знаю.
Саймон поймал себя на том, что говорит вслух. Он поскорей открыл глаза, и свиная голова тут как тут усмехалась, довольная, облитая странным светом, не замечая бабочек, вынутых кишок, не замечая того, что она позорно торчит на палке.
...
Саймон опустил голову, стараясь не разжимать век, потом прикрыл глаза ладонью. Под деревьями не было теней, и все застыло и подернулось перламутром, будто, сбросив с себя очертанья, вдруг перенеслось в вымысел. Над черным комом кишок, как пила, жужжали мухи. Вот они обнаружили Саймона. Сытые, они обсели струйки пота у него на лице и стали пить. Они щекотали ему ноздри, у него на ногах они затеяли чехарду. Черные, радужно-зеленые, несчетные; а прямо против Саймона ухмылялся насаженный на кол Повелитель мух. Наконец Саймон не выдержал и посмотрел; увидел белые зубы, кровь, мутные глаза – и уже не смог отвести взгляда от этих издревле неотвратимо узнающих глаз. В правом виске у Саймона больно застучало.

...
– Глупый маленький мальчик, – говорил Повелитель мух, – глупый, глупый, и ничего-то ты не знаешь... И что тебе одному тут делать? Неужели ты меня не боишься?
Саймон вздрогнул.
– Никто тебе не поможет. Только я. А я – Зверь.
Губы Саймона с трудом вытолкнули вслух:
– Свиная голова на палке.
– И вы вообразили, будто меня можно выследить, убить? – сказала голова. Несколько мгновений лес и все другие смутно угадываемые места в ответ сотрясались от мерзкого хохота. – Но ты же знал, правда? Что я – часть тебя самого? Неотделимая часть! Что это из-за меня ничего у вас не вышло? Что все получилось из-за меня?
...
Саймон уже смотрел в открытую пасть. В пасти была чернота, и чернота расширялась... Пасть поглотила Саймона. Он упал и потерял сознанье..."
(У. Голдинг. "Повелитель мух")

Книга, которую надо прочесть...
А экранизации мне не понравились. Ни первая (1963), ни вторая (1990). Не смогли они раскрыть глубинного замысла произведения и передать того ужаса, который возникает при прочтении (IMHO)... Даже выкладывать не буду...

Некоторые интересные факты в дополнение - Википедия